«Хоть на 20 лет посадите — вину не признаю». Экс-чиновницу Гомельского облисполкома допросили в суде

Суд в Гомеле продолжает рассмотрение уголовного дела бывшего руководителя комитета экономики облисполкома Эльвиры Карницкой. Во вторник обвиняемая дала показания.

Напомним, в апреле прошлого года в отношении нее завели уголовное дело — по статье «Умышленное вопреки интересам службы совершение должностным лицом из корыстной и иной личной заинтересованности действий с использованием своих служебных полномочий, повлекшее причинение существенного вреда государственным и общественным интересам».

По версии следствия, обвиняемая, являясь членом совета содействия по привлечению инвестиций Гомельского облисполкома, оказывала протекцию юридическому лицу, одним из учредителей которого являлся ее зять. Так, в 2013 году между облисполкомом и юрлицом был заключен инвестиционный договор на организацию производства крашеных фасадов с общим объемом инвестиций не менее 282 тысяч 750 рублей и с созданием не менее 10 новых рабочих мест. К 2016 году инвестор так и не выполнил условия договора. При содействии обвиняемой, считает следствие, срок реализации проекта неоднократно продлевался, что позволило предприятию избежать штрафных санкций и выплаты НДС при ввозе в Беларусь оборудования.

Эльвира Карницкая по-прежнему не согласна с предъявленными ей обвинениями: «Хоть на 20 лет посадите — вину не признаю», — говорит экс-чиновница в суде. Позже во время перерыва признается, что смотреть на происходящее с оптимизмом все сложнее. Веру в это подкосили последние события: на днях зятю Карницкой (по делу тещи он проходит свидетелем, но есть еще одно дело, о хищении — уже в отношении него) неожиданно изменили меру пресечения с подписки о невыезде на заключение под стражу.

На вопросы гособвинителя Карницкая отвечает, что об инвестпроекте зятя узнала едва не последней и никакой протекции в части продления срока его реализации она ему не оказывала. О каких-то проблемах в «Аркобалено Групп» узнала в ходе следствия.

— Советовался ли с вами зять, какие документы нужны для реализации инвестдоговора? — спрашивает прокурор.

— Нет. Надо знать зятя. Он с очень сложным горделивым характером и мои советы даже в быту не принимал. Всегда делал все по-своему, — объясняет обвиняемая.

Более того, Карницкая утверждает, что и сама не особо интересовалась проектом — в первую очередь из-за занятости на работе.

— Я работала по 12 часов. И даже если и бывала у дочери в гостях, то бывала как бабушка и мама и ни о какой работе не говорили мы там.

— В ходе судебного следствия установлено, что срок реализации инвестпроекта «Аркобалено Групп» истек в июне 2015 года. Какие меры принимались или должны были приниматься компетентными органами, в частности комитетом экономики, курирующим этот вопрос? — спрашивает гособвинитель.

— Райисполком, на который возложен контроль за каждым инвестпроектом, находящимся на его территории, выезжает и смотрит на месте процент готовности. Если готовность более 50% и инвестор может внятно объяснить причины, почему он задерживает реализацию проекта, тогда инвестиционный договор не расторгали. Ведь цель — помочь создать что-то, а не свернуть проект и оштрафовать инвестора.

Инвестпроекты, которые реализовывались без продлений, по словам Карницкой, за годы ее работы можно пересчитать по пальцам, около 85% инвесторов же продлевали сроки реализации, и не единожды — от двух до 16 раз.

— Не продлевали инвестдоговоры в исключительных случаях, когда была нулевая готовность, — рассказала Карницкая.

Суд выслушал ее, посчитал допрос оконченным — и 1 апреля приступит к прениям сторон.

Источник